Найти себя [СИ] - Александра Черчень

Правда, про портреты, мозаики и прочую живопись мне вспоминать не хотелось. Слишком уж… пробирало холодом от воспоминаний о том, что кроется за черно-белыми изображениями хейларов. И то, что они всё еще очень опасны и… полны ненависти.

Это чувство не покинуло несчастную расу даже после смерти.

Наконец, я вышла на одну из площадок и сбежала вниз по сверкающей алебастрово-агатовой лестнице. Первые ступени и перила были настолько черными, что казались невидимыми в окружающем полумраке. Но я смело сделала шаг вперед, ощущая под ногой опору и мимолетно радуясь тому, что она есть. Раз, два, три… и потом начинаются белоснежные ступени.

Из-за такого архитектурного приема складывалось ощущение, что белоснежная сверкающая лестница без опор и перил просто висит над пропастью.

Я поскорее миновала это чудо, стараясь не рыться в памяти в поисках того, что же делает эта красавица для защиты города.

Вот же, параноики хвостатые! У них тут всё, вот совершенно всё, не просто так.

Но вот, наконец, и точка назначения. Второй уровень не был таким пугающе прекрасным, как другие, потому что был жилым. Я как раз проходила мимо просторного коридора, отделанного обычным светло-персиковым мрамором.

Путь на первый уровень, в сердце затерянного города. Меня туда не пускали, так же как и остальных девочек. Как объяснял Арвиль, там совсем-совсем не интересно, и вообще, мы там уже были. Зал воспоминаний, энергетические источники, питающие Анли-Гиссар, и центр управления системами защиты.

Короче, врал Спящий. Интересно там.

Но не пускают.

Впрочем, лично мне пока объектов для изучения хватало и помимо первого уровня.

В конце коридора показалась дверь обители нашего штатного целителя душ и, подойдя, я сунула нос в полуоткрытую дверь. Получила возможность увидеть унылую девушку и сидящего напротив нее Алишина. Судя по всему, они по-прежнему разбирали ситуацию «дама в беде».

— И всё же, я не понимаю рентабельности транспортирования бесполезного раненного, да еще и не имеющего к нам никакого отношения. И не понимаю, почему гендерный признак дает какие-то преимущества…

Дашка запустила пальцы в пушистые волосы и мрачно сказала:

— Алишин, вы меня в гроб вгоните.

— Нет, — спокойно отозвался десятник и, в ответ на вопросительный взгляд целительницы, спокойно пояснил. — Хочу отметить, что ввиду того, где мы находимся, хоронить в деревянных ящиках — недальновидно. Совсем скоро они придут в негодность. Так что, если вы в ближайшем будущем планируете отойти в мир иной, то советовал бы выбрать саркофаг. Тем более, у нас есть запасы… выберете, какой понравится!

Судя по взгляду Дашки, ей очень хотелось или самой головой обо что-нибудь побиться, или хейлара приложить.

— Вам плохо? — с неподдельной заботой спросил хвостатый у застонавшей девушки.

— Нет, — угрюмо ответила она, вновь поднимая на него глаза. Я не выдержала и хихикнула, от чего оба повернулись к двери.

— Добрый день, — кивнула я и демонстративно постучала. — Можно?

— Нужно, — радостно кивнула Дашка, которая, судя по всему, была просто счастлива меня видеть.

— Здравствуйте, льета Ирьяна, — Алишин поднялся и едва заметно склонился в легком поклоне. — Надеюсь, вы помните, что у нас сегодня вечером занятия?

— Помню, — кивнула я и повернулась к переселенке: — Даш, я не помешала?

— Нет, что ты. — девушка торопливо закрыла все книжки и тетрадки на столе. — Мы уже почти закончили.

— Разве? — вскинул светлую бровь хейлар и посмотрел на часы на стене. — Обычно вы меня муча… лечите около полутора часов, сейчас же прошло гораздо меньше.

— Я с вами беседую, а не лечу, — нахмурилась девушка и поправила пушистую прядку, упавшую на глаза.

— Разумеется, — кивнул хвостатый и поднялся со словами: — Я могу идти?

— Да.

— Спасибо, — без улыбки поблагодарил ее Алишин, и четко, по-военному, развернувшись, вышел из комнаты, после чего Дашка позволила себе со стуком уронить голову на стол и горестно простонать: — Ирка, какие же они…

Видать, дальнейших цензурных слов для характеристики ситуации у целительницы не обнаружилось.

— Ирка, ну ты слышала?! Это я их мучаю?! Это еще кто кого мучает!

— Их тоже можно понять, — успокаивающе произнесла я, опускаясь в освобожденное Алишином кресло. — Они так привыкли, и не ведают иного. Для них такое поведение — нормально. Скажу больше: не только для них.

— Я понимаю, — взмахнула руками человечка и немного торопливо договорила: — Я не понимаю иного. Почему Арвиль всё это на меня повесил?! Ну не может он не понимать, что толку от этой затеи никакой нет! Вреда бы еще не было… Ирка, они иные! Да все вы тут иные! Драконы, хейлары, фейри… что могу сделать я, обычный человек?!

— Ему виднее, — пожала плечами. — Ар не стал бы делать того, в чем не уверен. А, стало быть, в тебе он уверен.

— У них же психика иная, — потерла виски Дарья и постучала пальцем по одному из томиков, лежащих на столе. — Я тут изучала психологию фейри и драконов, ведь из них же в основном состряпали наших хвостатых красавчиков. Так вот, то, что я ранее считала серьезным отклонением, для тех же фейри лишь легкая эксцентричность! Легкая!

— Не паникуй для начала.

— Пытаюсь.

— Вот и молодец, — я протянула руку и сжала холодные пальцы собеседницы. — Даш, ищи позитив. Если ты считала, что эта ситуация совсем плохая, а в свете новых сведений оказывается, что всё не так уж и отвратительно — это хорошо.

— Не совсем так, — покачала головой наша несчастная. — Там направления все разные, и явления. Но с десятниками работать «весело» дальше некуда. И… я себя такой бесполезной ощущаю.

— Глупости, — решительно встряхнула я головой. — Всё будет хорошо. И я, конечно, того же Алишина знаю не долго, но, по-моему, в первые дни он был совсем-совсем замороженным, а сейчас уже лучше.

— Дело не в этом. Ирка, как можно уже зрелым существам привить нормы морали, этики и законы общества? Особенно если учесть, что в хейларов вкладывалось совершенно иное. Прямо противоположное. Всё, что я могу сделать — это помочь им усвоить азы, подобно правилам выживания в новых условиях. Они будут этого придерживаться, пока помнят, и пока считают нужным.

— Это уже достижение, — тихо сказала я.

Она лишь кивнула, рассеянно скользя пальцем по корешку книги.

— Пойдем за Крионой? — предложила я, спустя некоторое время. — У нас не так много времени, а встретиться не можем уже который день. Всегда кто-то занят.

Переселенка со вздохом поднялась, и мы отправились на поиски нашей огненной.

Рыжая тренировалась в зале с парой десятников. Вернее, честно пыталась это делать, так как мужики по большей части позволяли себя бить, а ее если и роняли, то очень аккуратно, а если по чему и попадали — то по мягкому.

Стоит ли говорить, что драконица едва ли не дымилась от злости?

Наконец Криона остановилась, и пара десятников тотчас замерла неподалеку, внимательно наблюдая за ней.

Девушка бросила на пол длинный шест и рявкнула:

— Какого ледяного у нас опять балет?! Я хочу драться! Жестко!

— Льета Криона, — откашлялся один мужчина и поправил немного сползшие очки. — Если мы будем драться жестко, то еще некоторое время вам активный отдых не грозит…

Кри обиженно на них взглянула и нервно сцепила руки:

— Ну как я могу хоть чему-то научиться, если вы со мной как с хрустальной вазочкой обращаетесь?! И тренировать не хотите!

— Потому что сейчас нет на это времени, — мягко сказал хейлар, а в следующий миг амулеты на груди у десятников засветились, и они, с поклоном, быстро вышли из тренировочного зала. Вызов Сотника.

— Гады генномодифицированные, — убедившись, что двери плотно закрыты, и ее не услышат, начала ругаться рыжая. — Сволочи хвостатые…

— Ну и зачем тебе так надо жестко? — хмыкнула Дашка, опираясь о дверцу.

— Потому что я воин! — тряхнула огненными локонами Кри и, подобрав шест, отнесла его на стойку. — Воин, а не кисейная барышня! Девочки, вы хоть видели, как хейлары между собой сражаются?

Мы с Дарьей дружно помотали головой.

Как-то не пришлось, да и интересы у нас в другой плоскости находятся.

— Они невероятно искусны! — глазки Крионы восхищенно загорелись. — Потрясающие! Даже Дориану не сравниться с ними! И я хочу, очень хочу хоть немного приблизиться к их уровню.

— Чтобы при встрече начистить ледяному женишку физиономию?

— И это тоже, — мрачно кивнула Кри и махнула рукой. — Но главное в другом! Главное — самосовершенствование! А они… не позволяют, — и снова это по-детски обиженное: — Гады хвостатые…

— Ладно тебе, — хмыкнула я и приобняла подружку за плечи. — Пойдемте лучше ограбим кухню и выберемся на один из верхних балкончиков, как и планировали.